40 лет аварии на ЧАЭС: что происходит с защитной конструкцией над реактором после удара российского дрона
25 апреля 2026 в 1777114740
Диана Курышко/BBC News Русская служба
Когда 26 апреля 1986 года произошла авария на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС, Татьяна Скопич вместе с друзьями поднялась на крышу дома в городе Припять, чтобы посмотреть на пожар.
Это перевод Русской службы Би-би-си материала Дианы Курышко, опубликованного на сайте Украинской службы Би-би-си. Оригинал на украинском языке можно прочитать здесь.
«Сияние было невероятное. Огонь было видно издалека. Почему я это сделала? Когда тебе 17 лет и ты ничего не знаешь об опасности радиации, посмотреть на такой пожар - первое, что приходит в голову», - вспоминает Татьяна.
Принудительная эвакуация из Припяти, страх перед радиацией - все это произошло позже. А тогда, в ночь с 25 на 26 апреля, Татьяна, как и многие другие жители города-спутника атомной станции, смотрела на пожар, не представляя, как он изменит их жизнь и жизнь многих людей в Украине.
В ту ночь Татьяну и еще нескольких девушек позвали помочь в местной больнице в Припяти, куда со станции привозили пострадавших пожарных. Девушкам ничего не объясняли, о радиации не говорили. Сообщили лишь, что на станции произошла авария и продолжается пожар.
Им велели мыть пол за каждым, кто заходил в больницу. Они занимались этим до утра 26 апреля.
«В ту ночь я видела людей с ужасными ожогами. Они были словно обожжены огнем. Но это были странные ожоги: волосы, ресницы - все на месте, а кожа полностью покрыта волдырями», - вспоминает она.
Через 200 дней после аварии ценой огромных усилий и здоровья тысяч ликвидаторов над руинами четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС был построен объект «Укрытие», который со временем стали называть саркофагом.
Он накрыл собой сотни тонн ядерного топлива, радиоактивной пыли и всего того, что осталось от разрушенного реактора.
За годы после Чернобыльской аварии в саркофаге постепенно образовывались большие трещины и отверстия, площадь которых со временем превысила тысячу квадратных метров. Радиация вновь могла выходить наружу.
Требовалось более надежное и долговечное решение. В 2016 году над саркофагом возвели гигантскую металлическую арку - «Новый безопасный конфайнмент» (НБК), чтобы вновь защитить мир от чернобыльской радиации.
На строительство сооружения, которое выше Статуи Свободы и Биг-Бена, ушло десять лет и более 2 млрд евро, собранных десятками стран-доноров.
«Новый безопасный конфайнмент» должен был герметично накрыть разрушенный четвертый энергоблок на 100 лет. Однако в феврале 2025 года в него попал российский беспилотник.
Последствия этого удара ощущаются до сих пор.
Что происходит внутри нового укрытия после удара дрона, каковы последствия российской оккупации для ЧАЭС и существует ли риск нового распространения радиации - в этом разбиралась Украинская служба Би-би-си.
«Новый безопасный конфайнмент» перестал быть безопасным
То, что произошло в Чернобыле в ночь на 14 февраля 2025 года, когда российский «Шахед» попал в арку, может иметь последствия на годы, рассказал Украинской службе Би-би-си директор Чернобыльской АЭС Сергей Тараканов.
По его словам, удар тогда образовал огромную дыру в «Новом безопасном конфайнменте» (НБК) и вызвал пожар, который продолжался несколько недель. Во время пожара выгорела значительная часть герметичной мембраны арки.
В этой мембране пожарные были вынуждены сделать 340 отверстий, чтобы локализовать очаги возгорания.
За прошедший после удара год строители закрыли дыру от попадания беспилотника. Однако это лишь начало длительного ремонта. Впереди - масштабные работы по закрытию этих 340 отверстий и восстановлению герметичности конфайнмента.
«"Новый безопасный конфайнмент" остается целостной конструкцией, но на данный момент он не является герметичным», - поясняет директор ЧАЭС.
Почему это важно? Арка над саркофагом состоит из внутренней и внешней оболочки, образующих так называемый кольцевой зазор. При строительстве использовали километры толстых металлических панелей, которые герметично закрывают разрушенный ядерный реактор и все, что находится внутри него.
Для НБК были спроектированы специальные системы вентиляции, чтобы поддерживать определенный уровень влажности и замедлять коррозию конструкций, объясняет Тараканов. Также необходимо поддерживать разницу давления между кольцевым зазором и основным объемом, что создает дополнительный барьер для радиации.
«Но в чем проблема? Поскольку нет герметичной мембраны, вся эта система не работает. Сейчас существует свободное сообщение между внутренней частью арки и внешним миром. Мы не можем поддерживать там необходимую влажность. В результате ожидаем, что коррозия начнет ускоряться примерно с 2030 года», - говорит Тараканов.
Иными словами, существует риск того, что конструкции укрытия могут начать ржаветь.
После атаки дрона в 2025 году представители Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) проанализировали состояние укрытия и пришли к выводу, что оно утратило «основные функции безопасности», включая способность удерживать радиацию.
Есть ли угроза утечки радиации?
«Если я сейчас скажу, что угрозы нет, это будет неправдой», - говорит в разговоре с Би-би-си директор ЧАЭС Сергей Тараканов.
По его словам, на данный момент ситуация на станции остается стабильной и роста радиационного фона не фиксируется.
Однако уже пятый год через Чернобыльскую зону пролетают сотни дронов и ракет. Каждый такой пролет над ЧАЭС - потенциальная угроза утечки радиации, считает Тараканов.
Иногда от пролета ракет и беспилотников стоял такой гул, что дрожали стены, рассказывает сотрудник станции Василий Антоненко. Он работает на ЧАЭС уже 36 лет и находился на посту во время российской оккупации станции в 2022 году, обеспечивая ее водоснабжение.
Василий работает вахтовым методом и по десять дней живет на станции. Почти каждую ночь он слышит, как дроны пролетают над ядерным объектом.
Помимо самой станции, в зоне отчуждения есть и другие объекты, попадание в которые может привести к ядерной аварии. Это различные хранилища отработанного ядерного топлива, а также комплексы по переработке твердых и жидких радиоактивных отходов.
«Попадание в любой из этих объектов приведет к радиоактивному загрязнению территории», - говорит Тараканов.
Он особенно подчеркивает опасность ударов по самому НБК и даже вблизи него.
По словам директора, если дрон или ракета упадут даже в 200−300 метрах от арки, это может вызвать сейсмическое воздействие и привести к обрушению конструкций старого саркофага внутри.
Как объясняет директор ЧАЭС, старый саркофаг строили в 1986 году в условиях колоссального радиационного фона.
«Тогда было невозможно соблюдать строительные стандарты. Он должен был прослужить 20 лет, а стоит уже 40. Его конструкции были нестабильными с самого начала», - говорит чиновник.
Именно поэтому огромную угрозу представляет любой взрыв даже неподалеку от разрушенного четвертого реактора.
«Если это произойдет, ни один инженер в мире не даст гарантии, что объект "Укрытие" не обрушится. Это может спровоцировать выброс радиации, ведь НБК не является герметичным. И тогда радиоактивное облако поднимется в воздух и может распространиться в любом направлении», - объясняет Тараканов.
Он напоминает, что внутри арки, под старым саркофагом, находятся сотни тонн топливосодержащих материалов, включая изотопы урана, плутония, цезия, стронция и америция.
Периоды их полураспада составляют от десятков до сотен тысяч лет.
Если эти вещества выйдут наружу и выпадут в виде осадков, их воздействие на все живое будет колоссальным.
В многочисленных отчетах МАГАТЭ отмечается, что под разрушенным четвертым энергоблоком ЧАЭС до сих пор остаются опасные радиоактивные материалы. Они требуют постоянного контроля и надежной изоляции от внешней среды.
Когда арку полностью отремонтируют
В начале октября 2025 года отверстие во внешней оболочке арки закрыли защитным экраном.
Следующий этап, по словам директора ЧАЭС, - закрыть 340 отверстий в мембране. Эту работу украинские подрядчики должны завершить до конца 2026 года.
Но затем, как он отмечает, предстоит еще более сложная задача - восстановить полную герметичность арки, чтобы удерживать радиоактивные вещества внутри.
Как именно это будет сделано, пока неизвестно. Французские инженеры, которые строили арку, должны разработать технологию проведения ремонта непосредственно над реактором.
«Сейчас такой технологии не существует», - говорит директор станции.
Когда новый конфайнмент строили, его возводили не над реактором, а в 160 метрах от него - в зоне с более низким уровнем радиации. Конструкцию собрали там, где было безопасно работать, а затем переместили и накрыли ею реактор.
Мембрана, поврежденная после удара дрона, находится внутри арки. Это означает, что работы придется проводить прямо над саркофагом, где уровень радиации значительно выше.
В таких условиях человек может находиться не более 20 часов в год, поясняет Тараканов.
Чтобы вновь сделать арку герметичной, необходимо заменить все поврежденные мембраны, отремонтировать системы обслуживания основных кранов, восстановить стальные несущие конструкции и вернуть полную герметичность внешней оболочки.
Если работы начнутся незамедлительно, есть шанс полностью восстановить все защитные функции арки к 2030 году.
По предварительным оценкам Европейского банка реконструкции и развития, этот ремонт может стоить около 500 млн евро. Украина обратилась за помощью к донорам.
«Мы рассчитываем на добрую волю доноров, что эти средства удастся собрать за два-три года», - говорит директор ЧАЭС.
Пока подписан контракт на первую часть работ, которая продлится 18 месяцев и будет стоить примерно 30 млн евро.
НБК был построен на сто лет - чтобы дать следующим поколениям время решить, что делать с опасными остатками четвертого энергоблока под ним и как безопасно демонтировать нестабильные конструкции старого саркофага.
«Внутри находятся сотни тонн топлива - это застывшая масса из остатков ядерного топлива, бетона и металлических конструкций. Нам нужно извлечь эти остатки и где-то их безопасно хранить. Именно поэтому нам и нужны эти 100 лет - чтобы спланировать дальнейшую работу», - объясняет директор ЧАЭС.
«Они хотят повторить здесь Фукусиму»
Еще одной серьезной угрозой для ЧАЭС и всей зоны отчуждения директор станции называет блэкауты - полное обесточивание после российских атак.
За последние полгода Чернобыльская станция четыре раза оставалась без электроэнергии.
На ЧАЭС есть дизель-генераторы и запас топлива, однако, как отмечает Сергей Тараканов, это тоже потенциально опасная ситуация. Для хранения и охлаждения огромного количества отработанного ядерного топлива, находящегося на объекте, необходима электроэнергия - она обеспечивает работу насосов, подающих воду.
Говоря об опасности блэкаутов, чиновник вспоминает аварию на японской АЭС «Фукусима» в 2011 году, которая привела к радиоактивному загрязнению значительной территории. Та катастрофа началась именно с потери внешнего электроснабжения станции.
Тараканов также сообщил, что из трех энергоблоков станции, находящихся в стадии вывода из эксплуатации, была выгружена 21 тысяча отработанных ядерных сборок, которые сейчас хранятся на территории станции. Ядерная сборка - это блок с ядерным топливом, используемый в реакторе для выработки тепла и электроэнергии.
Кроме того, в зоне отчуждения находится крупнейшее в мире хранилище ядерного топлива.
«Это топливо по-прежнему выделяет тепло, и для его охлаждения необходима электроэнергия», - поясняет директор станции.
Страшно ли работать на ЧАЭС
На ЧАЭС время от времени пропадает электричество, над ядерными объектами летают дроны, а из-за российского вторжения нарушилась логистика вокруг станции.
Теперь, чтобы добраться на работу из Славутича, несколько сотен сотрудников ездят не напрямую через территорию Беларуси, а в объезд через Киевскую область. Вместо 40 минут дорога занимает около шести часов.
Из-за этого около 500 человек вынуждены постоянно жить рядом с ЧАЭС во время вахт - по 10 или 13 дней.
На вопрос Би-би-си, страшно ли находиться на станции по десять дней подряд в таких условиях, сотрудник Василий Антоненко отвечает, что уже привык.
Он работал на станции во время ее оккупации российскими войсками в феврале-марте 2022 года, обеспечивая ЧАЭС водой.
Также он вышел на работу через несколько дней после попадания российского дрона в защитную арку в феврале 2025 года.
«Паники у меня не было. Позвонил ребятам на работу. Узнал, что все живы - и слава богу. Нас уже ничем не напугаешь», - говорит Василий.
26 апреля 1986 года он, как и Татьяна Скопич, стал свидетелем аварии на ЧАЭС. Его не пустили в Припять, где он тогда жил, и он вернулся к родителям в село Стечанка - сажать огород.
Через неделю их село, как и многие другие, было принудительно эвакуировано. Урожай с тех огородов так никто и не собрал.
В вынужденную эвакуацию в апреле 1986 года отправилась и 17-летняя Татьяна Скопич, которая тогда наблюдала пожар на ЧАЭС с крыши дома.
Вдали от родного дома Василий и Татьяна поженились. Уже много лет семья живет в Славутиче - городе атомщиков, построенном вместо Припяти.
«Я 36 лет работаю на ЧАЭС. Я верю в Бога. Что должно случиться - то случится», - говорит Василий о своей работе.
«Мы 40 лет назад пережили такую страшную аварию на ЧАЭС, что сейчас кажется - не так уж и страшно. Война гораздо страшнее», - говорит его жена Татьяна.